Считаю, что позиция по сирийской резолюции двух постоянных членов Совета Безопасности ООН – Российской Федерации и Китайской Народной Республики – вполне обоснована.
Во-первых, события в Сирии, как и в Ливии, с самого начала не укладывались в представление об "арабской весне" как о народных демонстрациях против авторитарных режимов в арабском мире. В этих двух странах с самого начала произошли вооруженные действия против власти. Кто дал оружие и подтолкнул к его применению, уверен, со временем станет ясно.
Во-вторых. Опять-таки с самого начала событий СМИ преобладающей части западных и ряда арабских стран заняли абсолютно необъективную позицию, односторонне представляя происходящее в Сирии как силовое подавление мирных демонстраций, добивающихся демократии. Сирийские власти объявили о прекращении чрезвычайного положения, об отказе от монополии правящей партии "Баас", о введении многопартийной системы, о предстоящих демократических выборах президента и парламента, и так далее. Ни одного встречного шага со стороны оппозиции не последовало. Между тем, судя по всему, на стороне руководства Башара Асада остается значительная, если не большая часть населения страны.
В-третьих. Озабоченная ситуацией Москва предложила свои услуги по организации переговоров между сирийским правительством и оппозицией. Несмотря на некоторые голоса из оппозиционного лагеря в пользу диалога с сирийским руководством, от контактов с ним оппозиция категорически отказалась. Причем отвергнуты были все многочисленные попытки организовать переговоры для прекращения кровопролития. Не исключено, что роковую роль при этом сыграли подсказки извне.
В-четвертых. Россия и Китай, не отвергая, в принципе, принятия резолюции Совета Безопасности ООН, предлагали максимально приблизить ее к существующей реальности – от этого могла зависеть ее эффективность. Речь шла о том, чтобы отказаться от неприемлемого с точки зрения международного права включения в резолюцию требования об отстранении от власти законно избранного президента Башара Асада, не взваливать ответственность за кровопролитие на одну из сторон – сирийское руководство, выводя из-под политического удара другую сторону конфликта, не провозглашать санкции против Сирии. Озабоченность вызывали и некоторые положения проекта резолюции, предложенные рядом западных и арабских стран. Эти положения, как показали события в Ливии, могли быть использованы для вооруженной интервенции в Сирию. Обманутыми во второй раз, как мне представляется, Россия и Китай быть не захотели. Еще совсем недавно США просили их не ветировать резолюцию ООН по Ливии, представляя ее лишь как требование о закрытии неба над страной, чтобы избежать ударов авиации Каддафи, в результате которых могло пострадать мирное население. Тогда "аморфная" часть резолюции ООН была использована непосредственно для свержения режима Каддафи.
Что стоит за нынешней антисирийской позицией? США и их союзники по НАТО хотят воспользоваться возникшей с весны 2011 года ситуацией в арабском мире с целью убрать неугодные им арабские режимы. Сирия стала жертвой главным образом потому, что она близка к Ирану. Отстранение от власти нынешнего режима является частью плана изоляции Ирана. Между тем сближение Дамаска с Тегераном произошло под влиянием того, что до сих пор не разрешен арабо-израильский конфликт. Вспоминаю, как во время одной из бесед с Хафезом Асадом – отцом нынешнего сирийского президента, он сказал мне, что будет стремиться к тому, чтобы не остаться "один на один с Израилем". Отсутствие урегулирования опасного ближневосточного конфликта, который имеет постоянную тенденцию к перерастанию в кризисную стадию, подтолкнуло Дамаск к созданию "на всякий случай" иранского тыла.
А почему арабские страны в своем большинстве тоже заняли позицию против руководства Башара Асада? Думаю, что основную роль здесь сыграли возрастающие противоречия между двумя основными религиозными тенденциями в Исламе – суннитами и шиитами. После американской военной операции в Ираке эти противоречия особенно усилились. Сирийская власть в основном представлена алавитами – течением, близким к шиизму. А с позиции Лиги арабских стран, объединяющей в своем преобладающем большинстве "суннитские государства", проявилось опасение создания "шиитского пояса" от Ирака через Иран и Сирию к Ливану.
Что может произойти в случае свержения нынешнего сирийского режима? Хотелось бы, чтобы авторы отвергнутого проекта резолюции Совета Безопасности ООН задумались на этот счет. Уже существуют достаточно красноречивые примеры того, к чему может привести безответственная политика на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Ей необходимо противопоставить коллективные усилия, а без них в конечном счете не обойтись для того, чтобы не допустить сползания ситуации к хаосам, гражданским войнам, наконец, к срыву столь необходимых мер по урегулированию арабо-израильского конфликта.
